September 4th, 2020

"Пропускали через шеренги омоновцев с палками: упадёшь – будут добивать"

Специалист по криптовалютам родом из Приангарья Евгений Романенко был задержан и арестован в Белоруссии в день выборов президента республики. О том, как силовики "хватали" людей на улицах и что творилось в СИЗО и ИВС в первые дни белорусских протестов, он рассказал в интервью Сибирь.Реалии.

Место задержания Романенко в Барановичах
Место задержания Романенко в Барановичах

– Правильно я понимаю, что вы сейчас живете в Белоруссии, но и с Сибирью вас по-прежнему многое связывает?

– Я родился в Усолье-Сибирском в семье военного. Наша семья несколько лет назад осела в Белоруссии, однако в Иркутске я нередко бываю и сейчас. У меня там много знакомых и друзей. Я занимаюсь криптоиндустрией, а Иркутск славится своим криптокластером (из-за низкой стоимости электроэнергии для криптоферм. – Прим. СР), здесь блокчейн очень мощный. Поэтому и коллег по крипте из Иркутска у меня очень много. Один из них, Владимир Попов, и забил тревогу в соцсетях, когда 9 августа я перестал выходить на связь. В тот день меня задержали на улице, как и тысячи других жителей Белоруссии.

– При каких обстоятельствах задержали? Вы участвовали в протестах?

– Нет, я просто шёл по улице. Так скажем, в уличных протестах я пока не вижу смысла участвовать, считаю, что больше полезен для протестующих онлайн, в IT-сфере.

На тот момент – 9 августа – уже все понимали, что в Белоруссии происходят странные события. Задержания людей на улицах – это даже не задержания, чтобы вы понимали. Представьте, вы идете по улице или катаетесь на велосипеде, подъезжает какой-то бусик, вылетают оттуда люди в гражданской одежде, вас хватают и запаковывают. Да, вы понимаете, что это какие-то сотрудники переодетые, скорее всего, вроде не бандитский беспредел, но вы понимаете, что это одновременно беспредел – это похищение людей государством.

И так и было все дни, предшествующие выборам. В день выборов и последующие с 9 по 14 августа это приняло такой массовый характер, по всей стране таким образом были задержаны более 7 тысяч человек – это беспрецедентная цифра, подобного рода задержаний, сопровождавшихся избиениями, пытками, нечеловечным содержанием. Такая террористическая акция. Слова "Окрестина" и "Жодино" стали синонимами Бастилии, Абу-Грейб, Гуантанамо и Лубянки.

Collapse )

"Такого не было со сталинских времен". Пытки в Беларуси



Доклад о пытках в Беларуси

Белорусские правозащитники подготовят и представят доклад о пытках в Беларуси после задержаний на массовых протестах. Об этом Радио "Свобода" рассказал председатель правозащитного центра "Весна"Алесь Беляцкий. Ранее они отправили в ООН предварительную информацию о пытках и задержаниях в белорусских городах, собранную по "горячим следам". Эти данные уже размещены на сайте Управления Верховного комиссара ООН по правам человека.

Всего известно о 450 задокументированных случаях пыток и жестокого обращения с людьми в Беларуси во время задержаний после выборов президента. Также есть сведения о насилии в отношении женщин и детей, включая сексуальное насилие и изнасилование резиновыми дубинками.

После обращения правозащитников ООН призвала власти Беларуси прекратить пытки над задержанными и привлечь к ответственности сотрудников милиции, которые, со слов свидетелей, унижали и избивали демонстрантов в местах содержания под стражей. "Свобода от пыток – одно из тех прав человека, которые считаются настолько важными, что их нельзя ограничивать или приостанавливать ни при каких обстоятельствах", – подчёркивают в организации. В ООН обеспокоены, что местонахождение и состояние здоровья по крайней мере шестерых человек в Беларуси до сих пор неизвестно их близким.

О том, как ведется работа над сбором и документированием данных о пытках в отношении мирных граждан Беларуси, какова может быть роль международных организаций в помощи гражданам страны, и поможет ли обнародование этой информации остановить волну насилия и наказать виновных Радио Свобода рассказал председатель правозащитного центра "Весна" Алесь Беляцкий:

Мы продолжаем фиксировать нечеловеческое обращение и избиения

– Сегодня в Беларуси не работают никакие механизмы по рассмотрению массовых преступлений, которые произошли после 9 августа и позже. Эти преступления продолжаются и сейчас, потому что идут задержания, и мы продолжаем фиксировать нечеловеческое обращение и избиения. Это происходит не так массово, как после 9 августа, но, тем не менее, происходит. А то, что произошло 9-го, 10-го и 11 августа – такого еще никогда не было в истории Беларуси со сталинских времен. Более 8 тысяч человек были задержаны, более тысячи попали в больницу с различными травмами или ранениями, часть этих ранений была опасна для жизни, врачи просто вытащили людей из другого мира, и пять человек были убиты во время этих протестов в разных местах Беларуси. Поэтому мы сделали такое обращение в ООН.

Алесь Беляцкий
Алесь Беляцкий

– Что-то изменилось со времени вашего обращения?

Зафиксировано 450 жалоб, но процесс сбора информации продолжается

Эти сведения стремительно пополняются. Тогда мы говорили о том, что зафиксировано 450 жалоб граждан, которые обратились к нам с информацией о пытках и избиениях. Они заполнили анкеты, описали, что с ними произошло, часть из них мы опросили, но процесс сбора информации продолжается и сейчас. Количество людей, которые уже опрошены, уже зафиксировано, зафиксировано то, что с ними происходило, это примерно тысяча человек, но это еще далеко не все. Сейчас наша организация продолжает собирать эту информацию, мы с другими белорусскими правозащитными организациями планируем в ближайшее время подготовить обширный доклад, где опишем и представим факты о том, что происходило в Беларуси.

Есть ли надежда, что эти преступления будут расследованы в самой Беларуси?

Система правосудия в Беларуси не работает, власть использует инструменты расследования в своих целях

Система правосудия в Беларуси сейчас не работает. В Следственный комитет было подано несколько сотен заявлений людей, которых пытали, над которыми издевались, но Следственный комитет до сих пор не возбудил уголовные дела, и тут мы ясно видим политический заказ. Возбуждаются дела по массовым беспорядкам, по каким-то другим уголовным делам, направленным против мирных демонстрантов, десятки человек находятся по этим делам в тюрьме, практически каждый день продолжаются аресты. Вчера два человека были арестованы, им тоже предъявили какие-то обвинения. Мы видим, что власти используют эти инструменты расследования в своих целях, и они не направлены на восстановление истины, и люди воспринимают это крайне негативно. Также, как и мы. Но мы считаем, что в этой ситуации более-менее эффективно могут сработать международные механизмы. Учитывая, что Беларусь не является членом Совета Европы, наши граждане не могут обращаться в Международный суд по правам человека в Страсбурге, у нас остаются механизмы структур ООН – Комитет против пыток, Совет по правам человека. В ООН есть специальный докладчик по Беларуси, который освещает там положение с правами и свободами граждан. Поэтому мы работаем по этим механизмам, но прекрасно понимаем, что власти Беларуси не обязаны исполнять их решения. Тем не менее, очень важно дать оценки тому, что происходит в Беларуси сейчас. Мы также работаем с ОБСЕ. Мы надеемся, что по событиям в Беларуси будет запущен "московский механизм" это специальный механизм ОБСЕ, который запускается в исключительных случаях нарушения прав человека. К примеру, он использовался в Андижане, когда там были массовые расстрелы, или в Беларуси в 2010 году, когда происходили массовые задержания. Также нам известно, что в ближайшее время в Европейском парламенте будет образован Комитет по расследованию нарушений прав человека. Его создание инициировали несколько депутатов. Мы тоже планируем работать с ними. Одним словом, мы будем работать со всеми возможными международными структурами, которые заинтересованы в установлении объективной истины о том, что происходит в Беларуси.

Вы работаете над сбором информации, мы встречаетесь с людьми, которые подверглись серьезнейшим, жесточайшим пыткам в те дни: избиения, изнасилования, очень страшные дела. Как ведется работа с этими людьми, насколько трудно убедить их в том, что все нужно документально зафиксировать? Трудно ли собирать доказательную базу всех этих преступлений?

Не все люди готовы рассказывать о том, что с ними произошло

Понятно, что мы не сможем собрать все. Хотя бы потому, что не все люди готовы рассказывать о том, что с ними произошло. Часть просто боится, не хочет давать информацию, часть все еще находится в шоке. Продолжается это шоковое состояние после нескольких дней беспрерывных истязаний, издевательств. Но многие согласны давать такую информацию. Есть нюансы: не все готовы делать это сейчас открыто, некоторые люди выступают анонимно, но оставляют свои данные на будущее, когда все-таки будет возможность расследовать это дело в более спокойной обстановке в самой Беларуси. Конечно, есть определенные сложности. Но мы работаем вместе с психологами и фиксируем данные в разных вариантах: кто-то заполняет электронную форму, кто-то дает видео-интервью, кто-то согласен только на аудио-интервью - когда люди не хотят, чтобы снималось видео. Мы практикуем гибкие формы сбора информации. Процесс этот идет, и на самом деле, через пытки прошли тысячи людей, а мы собрали еще меньше тысячи свидетельств. Большой пласт людей пока не охвачен, и я думаю, что мы еще продолжим эту работу, по крайней мере, в ближайшие несколько месяцев.

Вы только документируете пытки или пытаетесь найти их конкретных исполнителей? Возможно ли это сделать в принципе?

Нужны нормальные следственные действия, а не деятельность общественных комиссий

Мы записываем всю информацию, которую нам дают люди. Уже понятно, что в большинстве случаев пытали сотрудники ОМОНа, но иногда это были представители других силовых структур. Если кто-то что-то помнит, он это рассказывает, и конечно же, мы это фиксируем. Но ОМОН был в балаклавах, и отличить одного от другого практически невозможно. Я думаю, что в принципе установить, как все это было, кто что делал, вполне возможно. Но для этого нужны нормальные следственные действия, а не деятельность общественной комиссии. Мы собираем косвенные доказательства, общие данные, но что касается самих исполнителей преступлений, их должно установить нормальное следствие.

Судя по данным, которые у вас есть, что вы можете сказать – полицейское насилие – это их собственная инициатива или они выполняли команду начальства?

Они вели себя как собаки, которые сорвались с цепи. Только их натравили на мирных людей

Все это было организовано, мы это видим по волнам насилия в разных городах. Некоторые из них сами говорили, это у нас тоже зафиксировано, что им фактически разрешили делать с задержанными и арестованными все, что угодно. Учитывая, что ОМОН – это специальная структура, которая готовится для нейтрализации банд, бандформирований или каких-то опасных групп, их подготовка полностью рассчитана на такое силовое задержание. Они вели себя как собаки, которые сорвались с цепи. Только их натравили на мирных людей, и получился эффект, которого, я думаю, не ожидали даже их командиры. С другой стороны, ясно, что у них был приказ максимально жестоко подавить мирные демонстрации, напугать людей, что они и делали. В больших количествах использовались такие спецсредства, как светошумовые гранаты, которые просто бросали в людей. Это было везде, не только в Минске. Так что тут мы видим планомерное, спланированное преступление. Очень много вопросов к их командирам, даже больше, чем к самим исполнителям.

Если вернуться к сбору информации о том, что происходило и происходит сейчас в Беларуси – почему для вас важно этим заниматься?

Информацию нужно собирать по свежим следам, она токсична для властей

Нужно сказать, что эту информацию собираем не только мы, но и другие правозащитные организации. И в принципе, это нормально, потому что сейчас ее нужно собирать по свежим следам, когда люди еще помнят много деталей и фактов. Это первый аргумент. А второй аргумент – ясно, что эта информация токсична для властей, и правильно, если это делает несколько организаций. Мы планируем как можно быстрее подготовить доклад для международных организаций, потому что сейчас у нас уже хватает фактов, живой информации, для того чтобы сделать обобщение и представить общую картину. Мы будем и дальше продолжать делать это с надеждой, что когда-нибудь произойдет справедливое разбирательство, и люди, которые совершили преступления, будут наказаны.

Любовь Чижова

Радио "Свобода": Выплаты – лишь толика возмездия. Родные жертв рейса MH17 выступят в суде

Совет правовой помощи, который представляет интересы родственников погибших в катастрофе "Боинга" "Малайзийских авиалиний" над Донбассом, попросил Окружной суд Гааги, где идет процесс, рассмотреть возможность применить украинское гражданское право к процедуре выплаты компенсаций потерпевшим. Как сообщило украинское судебное издание "Граты", об этом заявила адвокат потерпевших Арлетт Шийнс.

Как уточнил в переписке с "Ґратами" еще один адвокат, Петер Лангстраат, Совет ссылается на один их основных принципов так называемого регламента Рим II Европейского Союза, по которому споры, связанные с причинением ущерба, решаются в соответствии с правом страны, на территории которой был нанесен этот ущерб.

Выплата компенсаций – всего лишь один из способов возмездия за гибель рейса MH17

"Суд просит нас принять решения по поводу гражданских исков и вопросов материальной компенсации родственникам. Но родственники, которых мы представляем, требуют, в первую очередь, возмездия за несправедливость, с которой они столкнулись 17 июля 2014 года. Выплата компенсаций – всего лишь один из способов такого возмездия", – цитируют "Граты" Арлетт Шийнс.

Шийнс напомнила, что Совет правовой помощи работает с большой группой жертв катастрофы, с людьми, каждый из которых пережил свою личную потерю шесть лет назад, и попросила суд и участников процесса не обобщать их интересы заранее.

Обвиняемые по делу о крушении рейса MH17 – трое граждан России и один гражданин Украины. Это бывший командующий вооруженными силами так называемой "ДНР" Игорь Гиркин, его заместитель Сергей Дубинский, а его подчиненные – Олег Пулатов и Леонид Харченко. Лишь один из них – Олег Пулатов – представлен в суде адвокатами. Процесс начался 9 марта в здании, расположенном рядом с амстердамским аэропортом Схипхол, откуда 17 июля 2014 года "Боинг" "Малайзийских авиалиний" вылетел в Куала-Лумпур.

О том, почему Совет правовой помощи решил применить украинское законодательство при решении вопроса о выплате компенсаций, рассказывает журналист издания "Граты", ведущего хронику заседаний суда, Игорь Бурдыга:

Игорь Бурдыга
Игорь Бурдыга

– В сообщении портала "Граты" говорится, что Совет правовой помощи, который представляет интересы родственников погибших в катастрофе "Боинга" "Малайзийских авиалиний", просит суд изучить возможность применить украинское гражданское право к процедуре выплаты компенсаций потерпевшим. О чем идет речь, поясните, пожалуйста.

– Насколько я понял, именно суд должен ответить, какое именно гражданское право будет применяться к выплатам этих компенсаций. При этом возникли определенные правовые разногласия – они сильно завязаны на противоречиях между нидерландским гражданским и криминальным правом. И исходя из этого, адвокаты говорят, что, вполне возможно, будет применять украинское гражданское право, так как, во-первых, катастрофа произошла на территории Украины и сама катастрофа связана с боевыми действиями на территории Украины.

Адвокаты ссылаются на опыт выплаты компенсаций пострадавшим во время геноцида в Руанде. Там также применялось местное право. Однако конкретные механизмы того, как это будет работать, должен выработать Гаагский суд, который слушает сейчас уголовное дело. Для того чтобы выяснить, насколько это практически возможно, совету родственников, - это группа из 9 адвокатов, которые сейчас представляют более 300 близких погибших в авиакатастрофе, - понадобится около 4 месяцев. Всё пока еще достаточно неопределенно.

Пока продолжается подготовительная стадия процесса

– Вы упомянули, что Совет правовой помощи представляет больше трехсот родственников погибших. Но их, насколько я понимаю, должно быть гораздо больше. Совет какую часть родственников представляет?

– У порядка 75 процентов родственников жертв катастрофы есть официальные договоры с Советом правовой помощи. Часть еще присоединяется. Перед последним заседанием суда была большая конференция родственников, которую собрал совет. В ней 220 человек участвовали, часть участвовали дистанционно. И вот на этом большом собрании совет адвокатов опять предложил родственникам подать в суд свои заявления.

Базовое право для родственников – это право выступить в суде перед обвиняемыми, перед самим судом, перед прокуратурой и выразить свою позицию. На сегодняшний день 76 родственников погибших готовы обратиться к суду, 66 из них готовы явиться прямо в суд, 10 еще обсуждают, как они это будут делать – в виде письменных обращений, в виде каких-то видеозаписей или видеоконференции. И судья, и представители родственников говорят, что это важная часть процесса – дать реальную возможность родственникам погибших высказаться, передать суду свои чувства, свою боль по поводу потери близких. И немалая часть последнего заседания суда была посвящена тому, как это будет происходить и когда это будет происходить.

– Украина должна как-то выражать свою позицию по поводу возможности применения именно украинского гражданского права в этом разбирательстве?

– Насколько я понимаю, сейчас адвокаты родственников ищут украинскую юридическую компанию, которая бы им в этом помогла. Мы пытались поговорить с адвокатами, выяснить, значит ли их заявление, что они действительно будут обращаться в какие-то местные суды и местные суды будут слушать иски о гражданском праве. Оказалось, что нет, это все-таки не так.

– Я опять сошлюсь на сайт издания "Граты", там говорится, что с учетом различных аспектов исковые заявления об ущербе могут быть оглашены чуть ли не через год. Опять нависает тень затягивания процесса. Или я не прав?

– Сейчас продолжается подготовительная стадия процесса. Дело все-таки достаточно сложное, тонкое, и процесс движется по расписанию, которое определяет председатель суда и все стороны, они постоянно консультируются по этому поводу. И адвокаты родственников говорят: "Да, действительно, нам нужны окончательные исковые требования". Судя по тому расписанию, которое они подали, они смогут, наверное, огласить их 1 сентября будущего года. По крайней мере, это так соотносится с расписанием.

Но я напомню, что суд до сих пор даже не решил, когда он сможет начать рассматривать дело по существу. Защитники Олега Пулатова постоянно отправляют запросы на доступ все к новым материалам уголовного дела, чтобы выработать позицию защиты. На последнем заседании они в очередной раз пожаловались, что так и не смогли прилететь в Россию, встретиться со своим клиентом. Над ними уже прокуратура немножко посмеивается и говорит: "Мы вам можем сбросить расписание рейсов. Если денег не хватает, давайте договоримся, есть недорогие билеты. Наконец-то слетайте и выработайте позицию". Адвокатам отведен срок до начала ноября, чтобы они все-таки встретились со своим клиентом и окончательно сформировали его позицию в суде.

Заседание суда по делу о гибели рейса MH17. 31 августа 2020 года
Заседание суда по делу о гибели рейса MH17. 31 августа 2020 года

– Все-таки почему 31 августа судебный процесс возобновился и в тот же день завершился? И суд теперь продолжится только в конце сентября?

– Я ожидал, что этот этап не займет много времени, потому что смысл его был как раз в оглашении позиции родственников жертв катастрофы. Как оказалось, это вопрос сложный, и адвокаты действительно разбираются в том, какое национальное или международное право применять в вопросах выплат гражданских компенсаций. Двое адвокатов выступили со своими позициями, где-то два часа, может, чуть больше, они выступали. И теперь решение за судом, он должен вынести некие подготовительные решения о применении украинского, нидерландского, международного права. И опять же – по части порядка выступлений родственников в суде. Так что, да, действительно, зал был забронирован на две недели, но они как-то так короткими заявлениями обошлись за один день. В конце сентября продолжатся заседания суда, и я думаю, что на нем будут опять обсуждаться запросы защиты Олега Пулатова и ответы прокуратуры и дальнейшее раскрытие материалов уголовного дела до начала слушаний по существу.

Родственники погибших получат возможность рассказать в суде о своей боли

– С момента катастрофы прошло уже больше шести лет. Получается, что за все эти шесть лет родственники погибших так и не получили пока никаких компенсаций?

– Не совсем так. Компенсаций как таковых родственники не получали. Но нужно разграничить правовые понятия, потому что сейчас речь идет об уголовном процессе, в котором четверо обвиняемых – Пулатов, Гиркин, Харченко и Дубинский – обвиняются в конкретных преступлениях. Вина каждого из них отдельно должна быть доказана, и ущерб, который они нанесли родственникам погибших, тоже должен быть конкретно установлен. И выплата этого ущерба с правовой точки зрения правильно называется "компенсация".

Но родственники погибших уже получали определенные выплаты. Буквально на следующий день после катастрофы Малайзийская государственная нефтяная компания создала специальный фонд для выплат помощи пострадавшим, оттуда перечислялись деньги. Сумма этих выплат не раскрывается. Плюс еще была, видимо, страховая выплата, которую получили родственники пассажиров и членов экипажа. Условия этих выплат тоже не разглашаются. Но на нынешнем процессе речь идет исключительно о компенсации ущерба, нанесенного преступлением, совершенным четырьмя подсудимыми, в случае их признания виновными, – отмечает Игорь Бурдыга.

Как сообщает издание "Граты", родственникам жертв крушения рейса MH17 также полагаются выплаты из Нидерландского фонда компенсаций за тяжкие преступления – государственной структуры, поддерживающей жертв международной преступности, в частности торговли людьми.

Слушания по делу о катастрофе "Боинга" "Малайзийских авиалиний" в Донбассе продолжатся 28 сентября.

Андрей Шароградский

Международный обозреватель Радио Свобода. Автор и ведущий информационно-аналитического журнала «Время Свободы» и подкаста «Время Свободы. Контекст».

https://www.svoboda.org/a/30816985.html?fbclid=IwAR2_zctmAB3NkIHN6xajnn5sm82nmleIdJEfjATTpiNvB14Nfc9tzIkQgvg

Любовь Соболь: "Путин дал отмашку на убийство Навального"



Эксперты специализированной лаборатории Бундесвера обнаружили следы отравляющего вещества из группы "Новичок" в образцах кожи, крови и мочи Алексея Навального, который по-прежнему находится в искусственной коме в берлинской клинике "Шарите". Страны НАТО призвали Россию раскрыть программу работы над "Новичком". Но российские власти отрицают и использование "Новичка", и сам факт отравления Навального. Пресс-секретарь Путина Песков в очередной раз не назвал оппозиционера по имени, а окрестил "берлинским пациентом". Вячеслав Володин назвал заявления об отравлении Навального "спланированной акцией против России" и "попыткой сдержать развитие нашей страны". А главный токсиколог Омской области Александр Сабаев объяснил болезнь Навального проблемами с пищеварением из-за диет.

На вопросы Радио Свобода отвечает соратница Алексея Навального, юрист Фонда борьбы с коррупцией Любовь Соболь.

– Не все готовы поверить в то, что Алексей Навальный отравлен спецслужбами по заказу Кремля. Вы и ваши коллеги считаете это единственной версией, заслуживающей рассмотрения, или есть и другие: например, что это месть кого-то из фигурантов его расследований?

– То, что Навальный отравлен, заявили врачи скорой помощи, на которой он был доставлен в бессознательном состоянии из самолета. Они сказали об этом Кире Ярмыш, и она об этом написала в твиттере. Сейчас это же подтвердили лаборатории в Германии. Было объявлено пресс-релизом "Шарите", что это именно нервно-паралитический яд из группы "Новичок". Для меня было изначально очевидно, что это отравление, потому что Навальный – человек с недюжинным здоровьем, он не страдал не то что тяжелыми заболеваниями, он и простудой толком не болел никогда. Я его знаю 10 лет, мы работали плечом к плечу, я видела, что он отличался отменным здоровьем.

Путин по падению рейтинга, по соцопросам очевидно осознает, что люди устали именно от него

Что касается версии, кто за этим может стоять, то очевидно, что организаторами (не заказчиками, а именно организаторами) покушения на Навального могли стать три группы людей. Это Кадыров, это Евгений Пригожин, и это ФСБ и ГРУ. Отравление – не почерк Кадырова. В последнее время не было открытого противостояния между Кадыровым и Навальным, поэтому я Кадырова исключаю. Он расправляется с людьми, которых считает своими врагами, иным способом. Что касается Пригожина и спецслужб, то они умеют применять яды. У ФСБ есть долгий опыт применения отравляющих веществ, еще с советского времени. Сейчас, когда объявили, что это именно "Новичок", я думаю, что все-таки спецслужбы являлись организаторами. И спецслужбы, и Евгений Пригожин не могли организовать это отравление без прямого указания Владимира Путина, для меня это очевидно. Я полностью исключаю вероятность того, что организаторами и заказчиками могли быть какие-то депутаты Госдумы, члены правительства или губернаторы, которые были фигурантами расследований Фонда борьбы с коррупцией. Во-первых, это нервно-паралитический яд, химическое оружие. Губернаторы, которые хотят оказать какое-то воздействие на людей, которые им не нравятся, действуют совсем другими методами. Региональным активистам они поджигают машины, стараются возбудить уголовное дело, оказывают физическое воздействие, но это не применение химического оружия. Во-вторых, губернаторы, тем более после ареста Фургала, показывают политическую несамостоятельность. Поэтому я исключаю, что покушение на жизнь общественного деятеля такого уровня мог организовать кто-то из небольших чиновников.

Но, может быть, Навальный занимался каким-то опасным расследованием и кто-то из тех, кого он пытался разоблачить, решил предотвратить это?

Все понимают, что лицом несправедливой бесправной России является именно Владимир Путин

– Я не связываю это отравление с каким-то конкретным расследованием. Я думаю, здесь повлияли три фактора. Первый – Путин испугался событий в Беларуси. Он проводит параллели, потому что он находится у власти больше 20 лет, Лукашенко более 26 лет, есть накопленная усталость у людей. Я думаю, что Путин по падению рейтинга, по соцопросам осознаёт, что люди устали именно от него. В начале этого года он пытался сделать видимость обновления власти, он поменял генпрокурора Юрия Чайку, фигуранта нашего расследования, он заменил премьер-министра, обновил правительство, выгнал неугодных людям губернаторов, в том числе губернатора Архангельской области, который продвигал строительство мусорного полигона в Шиесе. Пытался сделать вид: давайте мы всё обновим, всех поменяем, а меня оставим. Я думаю, по соцопросам и по падению рейтинга он понял, что это не работает, люди устали именно от него, все понимают, что лицом несправедливой бесправной России является именно Владимир Путин.

И Беларусь напугала Владимира Путина, и проснувшиеся регионы. Традиционно считалось, что протест идет в Москве. Я помню, как в 2011 году, когда проходили массовые акции протеста против нечестных выборов, Сурков, который возглавлял внутреннюю политику, продвигал идею, что это креативный класс, это сытый протест в шубах, они ничего общего с народом не имеют, а народ за Путина. Эту картину, которая их устраивала, они пытались навязать всем, хотя это было очевидно не так: выходили люди разных социальных категорий.

Сейчас же мы видим, что выходят регионы. Выходит массово Хабаровский край, выходят люди разных политических убеждений. Они выходят, и протест носит политический характер, постоянно звучат лозунги "Путина в отставку". Они выходят несмотря на то, что власть игнорирует их требования уже второй месяц. Был серьезный протест по поводу Куштау в Башкортостане, людей пытались разгонять слезоточивым газом, но они вышли и не собирались уходить, поэтому Путину пришлось пойти на попятную. Он лично вынес этот вопрос на федеральный уровень, дал поручение Генпрокуратуре, потому что понял, что это еще один очаг протеста в России. Путин, естественно, боится, что и другие регионы по каким-то другим поводам, которые трудно предугадать, выйдут массово и уже никуда не уйдут.

И третий фактор – это заявления Навального. Последний пост, который он писал перед отравлением, был посвящен "умному голосованию". Он неоднократно говорил, что мы должны выйти на выборы и победить "Единую Россию". А если выборы будут сфальсифицированы, нам ничего не останется делать, только выйти на улицы. Выборы пройдут 11–13 сентября. В прошлом году отравление Навального в спецприемнике было накануне акций 27 июля, в разгар нарастающего протеста из-за недопуска независимых кандидатов. Выборы очевидным образом будут сфальсифицированы в большей или меньшей степени, по-другому путинская система не работает. Я думаю, что Путин боится, что после 13 сентября люди выйдут в регионах, и очаги протестов уже будет невозможно подавить.

Поэтому я думаю, что эти три фактора были спусковым крючком, когда Путин дал отмашку на убийство Навального. Думаю, что начали готовить, когда начались события в Беларуси. Можно только гадать, но мне кажется, что то, что это произошло перед выборами, не случайно.

Как вы объясняете, что не в первый раз избирается такой дикий способ расправы опаснейшие яды, вроде радиоактивного полония или "Новичка"? Они это делают специально, чтобы как бы оставить подпись?

Система работает так, что, если нужно устранить неугодного Путину человека, они применяют способ отравления

Мне трудно влезть в голову Владимира Путина и гэрэушников. Нам, нормальным людям, любое применение химического оружия против мирных граждан кажется чудовищным варварством. Для них же это традиционный способ устранения неугодных им лиц. Мы знаем, что отравляющие вещества применялись неоднократно. Юрий Щекочихин был отравлен в 2003 году. Мы знаем об отравлении Петра Верзилова. Мы знаем две попытки убийства путем отравления Владимира Кара-Мурзы, который на международном уровне активно продвигал принятие санкций в отношении людей, которые причастны к гибели Сергея Магнитского. Видимо, система работает именно так, что, если нужно устранить неугодного Путину человека, они применяют способ отравления. Отравляющие вещества используют разные. В отношении Петра Верзилова использовали атропиноподобные вещества, который в случае с Навальным являются антидотом. Отравляющие вещества разные, но, видимо, они считают, что это лучший способ устранения людей.

– Вашего супруга Сергея Мохова тоже пытались отравить. В этой истории много загадок. Предполагаемый убийца умер при странных обстоятельствах. Официального расследования не было?

Никакого официального расследования не было. Мы неоднократно подавали заявление на возбуждение уголовного дела, оно до сих пор не возбуждено, хотя с 2016 года прошло уже четыре года. Мы обжалуем невозбуждение уголовного дела в ЕСПЧ, будем добиваться справедливого расследования. Когда мы пытались его провести самостоятельно, нам чинили препятствия. Например, когда мы пытались установить машину, которая следила за моим мужем накануне нападения, нам сказали, что камеры на перекрестках в этот момент не работали. То есть система "Поток", которая фиксирует все номера машин, которые проезжают тот или иной перекресток, дала сбой. О таком техническом сбое впервые слышали адвокаты, впервые слышали даже сотрудники правоохранительных органов, которые мне это озвучивали. Никогда она не давала сбой и именно в нашем случае дала. Организатором и заказчиком этого покушения был Евгений Пригожин, у меня нет в этом никаких сомнений, я это говорю открыто. Я это сразу поняла, потому что в предыдущий год я плотно занималась расследованием коррупционных нарушений именно этого человека и именно его фирм. На ютьюб-канале Алексея Навального мы опубликовали два больших расследования, посвященных огромным коррупционным сговорам на государственных закупках, о том, каким имуществом владеет Пригожин, мы его вывели из тени, и фактически он стал с того времени таким меченым человеком, за которым следует огромное общественное внимание. Поэтому он выждал примерно два месяца и организовал нападение на моего мужа. Эту версию я выдвинула сразу же в день отравления, а через два года появилась публикация "Новой газеты" "Повар любит поострее", которая подтвердила мои опасения, со ссылками на людей, которые в этом нападении участвовали. Как я понимаю, человек начал говорить, опасаясь за свою жизнь, потому что его соисполнитель, который нападал на моего мужа, умер при загадочных обстоятельствах.

Транспортировка Алексея Навального в клинику "Шарите"
Транспортировка Алексея Навального в клинику "Шарите"

Маргарита Симоньян пишет: "Если бы Навального отравили по приказу российских властей, хрен бы кто его выпустил в Германию". Как ответить на этот аргумент?

Огромное общественное внимание позволило выцарапать из лап российской системы Навального и привезти его в нормальную клинику

Все, что пишет Маргарита Симоньян, нужно воспринимать как абсолютную дезинформацию. Она пытается выслужиться перед Путиным, быть максимально угодной Кремлю, и я бы не воспринимала ее слова всерьез. Изначально это заявил Песков, дальше эту версию подхватили госпропагандисты. Кто-то впрямую, как Луговой, а кто-то намеками говорит о том, что Навальный был отравлен именно на Западе, поскольку в России анализы это не показывали. Но мы все понимаем, что главврач омской больницы давал СМИ ту информацию, которую ему говорили давать начальники. А выпустили Навального только с огромным международным резонансом, с жалобами в ЕСПЧ, который принял меры в экстренном порядке, сказал, что до 12 следующего дня нужно дать ему возможность пролечиться в той клинике, которую выберут его родственники, со звонками Меркель, с видео у нас в YouTube, которые смотрели миллионы человек. В России люди начали выходить с одиночными пикетами "разрешите транспортировку Навального". И огромное общественное внимание позволило выцарапать из лап российской системы Навального и привезти его в нормальную клинику, где он может получить качественное лечение. Они сделали всё для того, чтобы затянуть этот процесс, чтобы следы отравляющего вещества вышли из организма. Они тянули время, как могли, но это огромное внимание со стороны российского общества и международного сообщества помогло добиться транспортировки. Это было сделано буквально боем.

– Как живет ФБК в эти дни? Вас ведь не оставляют в покое, задерживают активистов, с ваших счетов списывают несуществующие деньги.

Есть вероятность того, что  придут изымать имущество из моего дома

Конечно, они не оставляют нас в покое. Сколько работает Фонд борьбы с коррупцией, давление всегда только усиливалось. Мы продолжаем работать, несмотря ни на что. И Фонд борьбы с коррупцией, и сеть региональных штабов Навального, и канал Алексея Навального в YouTube, который имеет 4,2 миллиона подписчиков, продолжают свою работу. Действительно наложили арест на мои счета, мне списали в минус 34 миллиона рублей, потому что никаких 34 миллионов рублей у меня нет. Есть вероятность того, что придут изымать имущество из моего дома. Они продолжают выносить судебные решения в отношении Навального, мы видели это по иску "Дружбы народов", который был подан после расследования по Росгвардии. Сейчас, уже когда Навальный находился в коме, было вынесено судебное решение, что нужно взыскать с него три с лишним миллиона рублей! Конечно, это тяжело переносится, но мы всё равно продолжаем работать. Наверное, каким-то образом это мобилизует, даже больше мотивирует нас на самоотверженную работу по приближению прекрасной России будущего.

Дмитрий Волчек

https://www.svoboda.org/a/30821258.html