September 19th, 2020

Радио "Свобода": Болгарский след "Новичка". Почему "зависло" дело об отравлении Гебрева


Прокуратура Софии официально опубликовала на днях подлинные имена трёх офицеров ГРУ, обвинённых в

"покушении на умышленное убийство в апреле 2015 года трех болгарских граждан – бизнесмена Емельяна Гебрева, его сына Христо Гебрева, а также сотрудника фирмы Гебрева Валентина Тахчиева" и ранее объявленных в розыск по линии Интерпола под вымышленными фамилиями. Теперь мнимый Георгий Горшков снова стал самим собой – Егором Гордиенко, Сергею Павлову возвращена настоящая фамилия – Лютенко, а Сергей Федотов вернулся в образ реального Дениса Сергеева. Однако перспективы самого дела об отравлении Гебрева остаются неясными.

Напомним, что Емельян Гебрев – крупный болгарский бизнесмен, торговец оружием, которое связанные с ним компании поставляли в ряд стран, в том числе на Украину. Гебрев был отравлен пять лет назад – по данным следствия, веществом, похожим на печально знаменитый "Новичок". Следователи называли в качестве подозреваемых (тогда еще под перечисленными выше вымышленными именами – Горшков, Павлов и Федотов) троих россиян. По утверждению расследовательской группы Bellingcat, под этими именами скрываются офицеры российской военной разведки. Теперь болгарская прокуратура подтвердила идентичность всех трех подозреваемых.

Collapse )
Польша

Профессор Марек Корнат (ПАН) о советской агрессии против Польши 17 сентября 1939 года

               ( 1939 )
Германский и советский офицер приветствуют друг друга во время агрессии Германии и СССР против Польши (сентябрь 1939 года) foto:https://www.youtube.com/watch?v=zBRy8m1mP6A&feature=share

Советское нападение на Польшу 17 сентября 1939 года поляками воспринимается как удар в спину стране, которая в тот момент вела неравную войну с нацистской Германией на Западе.  Но во многом можно вести речь об анонсируемом ударе, который был не только логическим следствием пакта Молотова-Риббентропа и секретного протокола к нему. Ведь вся политика сталинского СССР была направлена против Польши. 

В какой мере новый, четвертый по счету раздел Польши был неминуем, особенно на фоне сближения Германии и СССР?

С этим вопросом я обратился к ведущему польскому историку профессору Мареку Корнату из Польской академии наук, которого и пригласил к разговору о советской агрессии 17 сентября, принесшей все ужасы советской оккупации:

Мне кажется очевидным, что Советский Союз желал Польше наихудшего. Независимая Польша для СССР и сталинского руководства была препятствием. Польшу необходимо было уничтожить. Я не уверен в том, что Советский Союз сам, по своей собственной инициативе, напал бы на Польшу, поскольку он опасался рисков, которые сопровождали подобную операцию. В этом смысле Гитлер пришел Сталину на выручку. Гитлер сперва выдвинул Польше свои территориальные претензии, которые та отвергла. Речь идет о включении Гданьска в состав Германии и проведение через польское Поморье экстерриториальной автострады и железной дороги. Когда Польша все это отклонила Гитлер подписал ей смертный приговор. Это было в апреле 1939 года. В этих условиях в Кремле решили извлечь выгоду из этой ситуации и так дело до шло до пакта Молотова-Риббентропа о разделе сфер влияния в Центрально-Восточной Европе между двумя тоталитарными державами, которые заключили союз, хотя это слово не было использовано в пакте от 23 августа 1939 года.

Как отмечает историк, Сталин медлил со вступлением в войну, выжидая наиболее удобный момент для нападения:

В сентябре 1939 года в Москве внимательно наблюдали за ходом событий на польско-германском фронте. Когда польская армия перешла к окончательному отступлению и начала терпеть поражение, то для Советского Союза это стало необычайно хорошей новостью.

7 сентября 1939 года Сталин сказал главе Коминтерна Димитрову мол, что плохого было бы, если Польша исчезнет с карты Европы, ведь тогда одним капиталистическим государством будет меньше, а это даст возможность расширить социализм на новые территории и новые страны. В Москве радовались продвижению немецкого наступления. В какой-то момент там даже посчитали, что Варшава уже взята. Хотя, как мы знаем, войска Вермахта, которые подошли под Варшаву 8 сентября, были отбиты.

Москва использовала тактику выжидания, а когда уже было видно, что польская армия отступает и проигрывает, то были подготовлены меры, оправдывающие агрессию.

Все началось с того, что советская пресса после 12-13 сентября начала обвинять Польшу в том, что та притесняет национальные меньшинства, то есть белорусов и украинцев, поэтому эти народы нужно взять под свою опеку. Это был первый четкий сигнал, что грядет агрессия. Вторым моментом была мобилизация Красной армии, проводимая в режиме строгой секретности. Кроме того, велись тайные переговоры с немцами. Они требовали, чтобы советские войска вступили как можно скорее в Польшу с востока, чтобы как можно скорее закончить эту короткую кампанию. Складывается впечатление, что большевики ждали, когда падет Варшава. Они этого не дождались, поскольку Варшава капитулировала только 28 сентября. Но, когда немецкие требования были уже решительные, то было принято решение о нападении на Польшу.

Необходимо сказать, что здесь важнейшим фактором была позиция Франции и Англии, которые хотя и официально объявили войну Германии 3 сентября, но не предприняли реальных и полномасштабных действий против германской армии. Франция ограничилась мобилизацией и отвлекающими маневрами своих войск на линии Зигфрида. 12 сентября на первом военном совете союзников в Абевиле, в котором участвовали премьер-министры Франции и Великобритании Эдуар Деладье и Невилл Чемберлен, было принято решение отвести войска, не проводить наступательных действий против вермахта.  Обо всем этом не было сообщено польскому командованию. Тем самым Лондон и Париж не выполнил своих союзнических обязательств перед Варшавой. Профессор Корнат считает, что в Кремле поняли, что Польша оставлена на произвол судьбы:

Есть вопрос: советское руководство узнало о решении, принятом на конференции в Абевиле, путем разведывательных действий или же они просто видели, что французские войска отходят. Так или иначе, в этой ситуации было сделано логическое умозаключение, что Польшу списали со счетов и что она должна пасть. Вероятно, это подтолкнуло Сталина дать приказ о нанесении удара 17 сентября.  Однако, до сегодняшнего дня этому нет подтверждения в источниках.

В любом случае, правдоподобно, в Москве опасались, что германские войска вступят на земли за рекой Буг и там, на территориях, которые были частью довоенной Польши, возможно будет создана какая-то форма украинской государственности. Здесь много знаков вопроса.

Так или иначе, нет никакого сомнения в том, что советы сначала оттягивали выполнения ими постановлений пакта Молотова-Риббентропа, а потом приступили к действиям.

Советская агрессия в отношении Польши в сентябре 1939 года стала возможной благодаря пакту Молотова-Риббентропа. В 2009 году Европарламент объявил 23 августа Европейским днем памяти жертв сталинизма и нацизма. В какой мере этот шаг со стороны ЕС способствовал пониманию на Западе роли СССР во Второй мировой войне и ее агрессии против Польши? Марек Корнат:

Упомянутая резолюция Европарламента 12-летней давности создала некий прецедент. А именно, независимо от того, как бы мы это оценивали, Европейский парламент заявил от имени Европы, что пакт Молотова-Риббентропа является преступным актом. Россию это сильно зацепило, значительно в большей мере, нежели, если бы, то же самое заявил отдельно польский, германский, французский или парламент какого-либо другого государства. Понятное дело, в Кремле приняли решение ответить на такой шаг, используя защитный дискурс, прибегнув к старому советскому утверждению об освободительной роли Красной армии, что, конечно, является ужасающей ложью. Как мы знаем, советские войска, которые заняли страны Восточной и Центральной Европы, никакой свободы никому не несли. Мы все знаем, какая была судьба у Польши после Ялтинской конференции, сколько всего Польша пережила вследствие того, что ее территория была захвачена советскими войсками.

Историк считает, что народы — жертвы преступной сделки Сталина с Гитлером должны громко заявлять об этом Западу:

Эти народы должны говорить в один голос, конечно, насколько это будет возможно, рассказывать миру, Западу о своих терпениях под советским ярмом. Ведь мир не особо знает, а часто не хочет знать обо всем этом. Левые и либеральные круги на Западе очень часто обращаются к мифу об освободительной роли СССР во время Второй мировой войны. Безусловно, все это не способствует реалистическому пониманию прошлого Европы времен Второй мировой войны.

https://www.polskieradio.pl/397/8260/Artykul/2584338,%D0%98%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D0%BA-%D0%A1%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%BD-%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D0%B0%D0%BB-%D0%BD%D0%B0-%D0%9F%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D1%83-%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%B4%D0%B0-%D1%82%D0%B0-%D0%B1%D1%8B%D0%BB%D0%B0-%D0%BD%D0%B0-%D0%B3%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8-%D0%BF%D0%BE%D1%80%D0%B0%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F

"Немцы выводят из комы Навального, а Хабаровск – Россию". Протест под Бетховена

В Хабаровске 11-ю субботу подряд прошла массовая протестная акция. Это был 71-й день протестов с момента задержания бывшего губернатора края Сергея Фургала. Несмотря на назначенный недавно одному из протестующих штраф в 150 тысяч рублей, несколько тысяч человек снова собрались на центральной городской площади. На штраф скидываются коллективно.

Collapse )

https://www.sibreal.org/a/30847289.html?fbclid=IwAR3_5GgWQd3E0u-52XyuFCzjvIbQzwbW_t-ecF5_x6OmIOkgxcgNMuauxHM
Польша

Экс-посол РП в РФ: Кремль продолжает использовать советский штамп об «освободительной» роли Красной

.Встреча солдат Вермахта и Красной Армии 20 сентября 1939 года восточнее Бреста

Для подавляющего большинства россиян дата 17 сентября 1939 года как день, когда Сталин напал на Польшу, не существует.

В их представлении Вторая мировая война для СССР началась 22 июня 1941 года, когда гитлеровская Германия воплотила в жизнь план «Барбаросса» и атаковала Советский Союз, а не когда Сталин вместе с Гитлером, своим подельником по Пакту Молотова-Риббентропа, атаковал Польшу.

Само сравнение сталинского СССР и гитлеровского Третьего Рейха для многих является кощунственными и «верхом цинизма», как об этом выразился президент РФ Владимир Путин, комментируя в 2019 году резолюцию Европейского парламента, в которой СССР вместе с Германией был назван виновным в развязывании войны.

В кремлевском дискурсе советская агрессия против Польши и ее раздел вместе с Германией представляется как поход Красной Армии, чтобы протянуть руку помощи западным белорусам и западным украинцам, а также обеспечить стратегическую безопасность перед лицом экспансии Третьего Рейха.

В эфире Польского Радио данную тему комментировал политолог, профессор Влодзимеж Марциняк, посол Республики Польша в РФ в 2016-2020 годах.

Профессор Марциняк отмечает, что кремлевский дискурс о Пакте Молотова-Риббентропа и агрессии против Польши 17 сентября 1939 года во многом мало чем отличается от советской пропаганды того времени. Тогда твердилось об «освободительном походе» РККА, которая пришла на выручку западным белорусам и западным украинцам, чтобы те не попали под германский сапог. При этом историк разделяет российских исторических пропагандистов и основательных исследователей:

Серьезная историография описывает и объясняет те события в соответствии с исторической правдой, доступными источниками и возможными интерпретациями. Вместе с тем, официальная, пропагандистская линия другая. Если присмотреться к этому нарративу, то удивляет, что в некоторых аспектах он не поменялся с 1939 года. Часто повторяются те же самые формулировки, которые звучали в советской пропаганде в сентябре 1939 года. С другой стороны, есть несколько новых элементов, которые не столько важны для формирования современных политических процессов, сколько для их демонстрации.

Очевидно, что Владимира Путина история интересует только и исключительно как инструмент его политики, а не как знание о прошлом. Влодзимеж Марциняк:

В данном случае инструментом является не история, а скорее историческая пропаганда, историческая политика. Все это служит утверждению и манифестации актуальных политических процессов. Если говорить конкретно о 17 сентября, то что самое интересное на первом плане фигурирует понятие «освобождение». То, есть, что совершила Красная Армия – освободила белорусское и украинское население, проживающее на восточных землях II Речи Посполитой.

Я недавно перечитывал воспоминание жителя Дрохичина времен советской и немецкой оккупации. Там он приводит слова солдат Красной Армии, когда они только вступили в город. Бойцы Красной Армии говорили «мы пришли вас освободить». Звучала одна и та же фраза, которую они, наверное, получили в инструкции от политруков. Удивительно, насколько эта схема жива.

А отчего освобождать? Понятное дело от польского гнета. Именно так инструктировали тогда красноармейцев, и они так говорили полякам. Это очень хорошо показывает суть дела. Нужно было освободить от польской государственности, суверенитета, гражданских прав и прочего. И эта формулировка до сих пор повторяется.

Политолог объясняет, почему данная формулировка сейчас очень важна для нынешнего хозяина Кремля:

Она важна, поскольку здесь демонстрируется пренебрежение международным правом. Скажем, взятые хотя бы согласно Рижскому договору обязательства оказались неважными. Их можно отбросить во имя упомянутой идеи об «освобождении» белорусов и украинцев, народов якобы угнетаемых польским государством.

Для современной российской политики это очень важный момент. Хочу обратить внимание, что президент РФ Путин очень любит повторять, что россияне, украинцы и белорусы фактически являются одним народом. Не считаю, что речь идет о пропагандистском лозунге, а думаю, что автор этих слов убежден в них. Вот это экспонирование вымышленного и утопического этнического сообщества мне кажется очень важным в идеологическом плане.

Если сегодня в России вспоминают о 17 сентября, то именно в этом контексте, что тогда Беларусь и Украина получили свои западные границы.  Этот тезис очень часто сегодня звучит в России. С точки зрения современной политики, это крайне важно.

Экс-посол Польши в РФ обращает внимание, что не только для российских властей, но и для россиян в целом, догмой в их мышлении о Второй мировой войне является тезис об освобождении. То есть, что советские войска освободили Центрально-Восточную Европу от нацизма, а не принесли с собой оккупацию, репрессии и новое порабощение:

Помниться в ходе одного концерта, приуроченного к последней годовщине 9 Мая ведущий сказал, что-то в духе” «к нам россиянам наши соседи имеют претензии за то, что в 1944-45 годах мы вошли на их земли, но ведь мы их освобождали. И у нас так уже повелось, что мы освобождаем». То есть, хотят ли они того или нет, но мы их освобождаем.

И мне кажется, что это очень важная линия в российском историческом дискурсе, поскольку она характеризует сообщество в этническом понимании слова, у которого своя суть и характер. Например, в том смысле, что у россиян есть - миссия освобождать других. Есть также стремление показать, что в этом отношении россияне отличаются от других народов. А Вторая мировая война является колоссальной манифестацией именно этой черты. Именно поэтому так громко отмечалась [75-я годовщина] «освобождения» ряда европейских столиц, включая Берлин и Вену.